«Мы обязательно откатим эту конституцию до базовых настроек 92-го года»
Начну с концептуальных вещей. Почему они для нас важны? Потому что мы концептуализируем нашу политическую деятельность и ведём серьёзную интеллектуальную работу по восстановлению нашего статуса, обретению самостоятельности. Без этого никак — серьёзное дело требует серьёзного подхода. Кто считает, что можно шапкой закидать, тот ни к каким результатам не придёт.
После изменений, которые начались в 2002 году и завершились последними поправками в январе 2023-го, расстановка политико-юридических сущностей, закреплённая в Конституции, приравняла Татарстан к рядовому субъекту Российской Федерации. А ведь изначально Татарстан декларировался как государство независимое, самостоятельное, суверенное, имеющее все необходимые атрибуты, институции и статусы.
Республика выстраивала свои взаимоотношения с Москвой посредством федеративного договора о разграничении полномочий и предметов совместного ведения. В 1994 году этот договор был заключён на 10 лет, прописан и в Конституции, и в качестве закона РФ. В 2004 году он истёк, и Москва отказалась его продлевать. После долгих согласований в 2007 году удалось продлить, но уже сильно урезанным. А в 2017 году, спустя 10 лет, Москва отказалась продлевать окончательно.
Я подчёркиваю: в Конституции было прописано, что Татарстан — демократическое правовое государство, объединённое с Российской Федерацией, то есть кооперация. Это взаимодействие выстраивалось на основе федеративного договора, как ассоциативное содружество. И формально, и по фактическому положению дел, и юридически Татарстан и Российская Федерация выступали равнозначными субъектами. Татарстан не входил в состав РФ — он был в аутсайде, а не в инсайде.
И вот наступает 2017 год — рубежный, негативный год для татар. Не продлили договор. Началась атака на татарский язык и систему образования — это удар идеологический. И чуть ранее, в 2016–2017 годах, — атака на банковскую систему, обрушение "Татфондбанка", а вслед за ним ещё семи татарстанских банков. Это удар по экономическому базису. Три колонны, которые подпирали Татарстан, были демонтированы.
Когда "Татфондбанк" рухнул, Татарстан запросил у Центробанка санацию — под гарантии республиканского бюджета, с гарантией выплаты всех долгов. Отказали. А банк «Открытие» и другие, у которых дыры были под миллиард долларов, Москва вытаскивала. Потому что свои. А здесь — нет. Плюс огромное количество татарстанцев потеряли вклады, предприятия обанкротились. Задача была ещё и расшатать ситуацию внутри.
Эта мысль важна для будущего. Когда мы будем восстанавливать суверенитет, мы обязательно сошлёмся на этот факт. Он в юридическом смысле определяющий. Когда Татарстан закрепил свои взаимоотношения с РФ, он не входил в её состав. Он был равнозначным субъектом. По истечении срока действия договора, когда Москва отказалась его продлевать, юридически Татарстан выпадает из этой связи. Нить порвалась. Какой документ теперь регулирует отношения? Никакой. Юридически Татарстан находится в свободном плавании, в свободном дрейфе. А значит, межгосударственные отношения сейчас не регулируются.
Мне скажут: как не регулируется? Вот Татарстан, в составе и всё остальное. Но он находится в качестве захваченной территории. Сейчас Россия выполняет функцию террористов, которые захватили Татарстан и помыкают им. Юридической основы у этого нет. Бандиты захватывают заложников — какие тут могут быть юридические взаимоотношения? Тот, кто попадает к бандитам, — жертва. Здесь действует право силы. Это не юридическая норма, это потестарность — власть силы.
Конечно, в 2002-м и особенно в 2023-м депутаты Госсовета Татарстана проголосовали за изъятие этой юридической субъектности из конституции. Но они не имели права этим заниматься. Хотя в Конституции осталась норма, что Татарстан — это государство. Что такое статус? Это форма кодификации правил, правовых взаимоотношений, выстроенных на основе воли граждан. А мы видим игнорирование этих правовых и фундаментальных основ. Поэтому я считаю, что нужно размежевать два понятия. Первое — правовое, фундаментальное, которое мы сохраняем, оно никуда не девается. Второе — ситуативно-политическое, сделанное вследствие внешнего московского давления. Преступники могут заставить заложника подписать любой документ — отказаться от квартиры, от фирмы. Но когда преступников поймают и разоблачат, всё это откатывается, потому что суд и следствие доказывают: форма правовая юридически нелегитимна. Так же и здесь. Мы это обязательно вытащим.
То же касается понятия "суверенитет", которое встречается в Конституции Татарстана, в том числе в первой, базовой части, которую нельзя было корректировать без всенародного референдума. Конституция была принята Госсоветом, но на основе референдума. Референдум — главный правовой субъект. Правовой порядок — это иерархия, система предписаний, и просто так её игнорировать нельзя. Захотели, переписали — на пеньках у них Конституция РФ написана. Но это же издевательство.
Напомню: Конституция Татарстана принята 6 ноября 1992 года. Конституция РФ — в 1993 году, после того как Ельцин разбомбил и расстрелял здание Белого дома, где заседали депутаты Верховного Совета. Он навязал так называемую Конституцию. Она была написана на крови. И спустя год после татарстанской. Татарстан субъектно зафиксирован раньше на год, и всё произошло мирным путём.
А когда говорят, что татары хотят отделиться и устроить межнациональную резню — неправда. Ни одного межнационального конфликта в Татарстане не было, в отличие от РФ, которая пошла войной на Чечню, которая в центре Москвы, в прямом эфире, расстреливала с танков парламент. И это они говорят нам, что мы хотим резню? Насколько ложь, цинизм и лицемерие пронизывают всю историю и политическую сущность этого пространства.
Изъяли понятие "суверенитет", но нельзя просто так игнорировать волю народа. По конституции народ — источник власти. Ни чиновники, ни Путин, ни Минниханов, ни Шаймиев — они лишь менеджеры, реализующие волю народа. А здесь власть не от народа, потому что её проигнорировали. Репрезентация Татарстана как суверенного субъекта отменена — это нарушение всех норм. Поэтому я говорю: всё, что после 2002 года, когда начали кромсать Конституцию, — нелегитимно. Потому что не спросили мнение людей. Они боятся провести референдум. И потому что это сделано под воздействием. А закон? Плевать мы хотели — любой преступный режим принимает законы. В нацистской Германии тоже принимали законы. Но когда преступный режим принимает законы, эти законы не легитимны в универсальном смысле. Это попытка закрепить диктатуру.
Если власть нарушает основные принципы, согласно Всеобщей декларации прав человека и Уставу ООН, народ имеет право на восстание. Восстание само по себе легитимно. Революция — это то, что есть легитимно по-настоящему.
Наша задача — иметь это в виду и доносить до людей. Потому что мы обязательно откатим эту конституцию до базовых настроек 92-го года. До настроек, с которых в 99-м началось ковыряние под воздействием Москвы.
Теперь конкретно. В 2002 году изъяли из текста основное упоминание о гражданстве Республики Татарстан. А согласно Конституции у нас есть гражданство. Раз есть субъектность государства, должно быть и гражданство — оно идёт в пакете автоматически. Понятие суверенитета стали употреблять меньше, оно постепенно растворялось. Сейчас попробуй скажи — это, в общем-то, политическое преступление. Дальше — точечная редактура. Но двуязычная модель, татарский язык как государственный, сохранялась. С 2017 года была попытка раскачать и эту тему, изъять татарский как государственный. Но сохранялись атрибуты государственности: статус президента, государственный язык, республика как государство — это даже в Российской Конституции прописано: республики в составе РФ (в скобках — государство). А в конце 2022-го и начале 2023-го началось добивание, окончательная кастрация суверенитета. Госсовет прежнего созыва принял пакет изменений. Убрали слово «суверенная», упоминание договора о разграничении полномочий, понятие «президент Республики Татарстан», заменили на «раис». Я предлагал более радикальный формат — назваться канцлером. Пускай бы звучало: во главе канцелярии стоит. Потому что «раис» в татарском изводе звучит не очень — у нас говорят «колхоз раисе», то есть "председатель колхоза". Более фундаментально звучало бы «башкан», «канцлер». Но у Кремля свои две извилины, не додумались.
Убрали гражданство, статус президента. Но ещё что важно: убрали упоминание о том, что Татарстан выступает против пропаганды войны и декларирует мирный характер своего бытия. Татарстан сейчас в непростом положении, потому что его основная задача — обретение полноценного статуса субъекта международного права и международных отношений. Москва всячески навязывала свою волю. Татарстан сопротивлялся — в 90-х был силён, в начале 2000-х с приходом этого военного преступника Путина, постепенно вынужден был вступать в кильватер этого тонущего корабля.
Встаёт вопрос: как Татарстану сохраниться? Является ли Татарстан в своей основе теоретическим пространством? Насколько он имеет возможность восстановить свой статус? Я считаю, что статус восстановить можно и нужно. Для этого есть все ресурсы.
Когда мы говорим о «Татарстане пяти», моя концепция подразумевает ещё два элемента: активный Татарстан и пассивный Татарстан, или динамичный и статичный. Есть республика, а есть татарский народ диаспоральный. Татар за пределами Татарстана — 75%. Это колоссальная сила, мощнейший ресурс. В 90-е Татарстан был силён и занимал позицию динамичного Татарстана, определял темп и движение. Диаспоральные татары были в позиции более статичной. Это как поршень: динамика оказывает давление, статичное поднимается. Руслан Айсин
Координатор Совета Татар Мира
