В эмиграции появилась новая татарская организация. Кто стоит за Советом татар?

За границей появился совет татар. Они будут заниматься антиколониальной политикой в эмиграции. Организаторы называют это движением и заявляют, что в первую очередь будут бороться за права татар.

Организатор совета татар — политолог, общественный деятель, уже несколько лет живущий в эмиграции Руслан Айсин. Радио Азатлык он сказал, что не является ни председателем, ни лидером совета татар.

«В совете татар нет председателя, все имеют равные права, каждый определил своё направление работы, по этому пути и будет работать. В совете татар уже более десяти человек. Мы поставили цель превратиться в большое движение», — сказал он.

Совет татар 12 октября по случаю события разрушения Казанского ханства провёл онлайн-научную конференцию. В День памяти выступили татарские учёные, живущие в разных странах. Среди них были хорошо известный татарской общественности учёный Юлай Шамилоглу, а также те, кто впервые довёл своё мнение до общественности. Все они открыто заявили, что являются представителями совета татар, присоединившимися к новому татарскому движению в эмиграции.

Совет татар активно начал работу в социальных сетях. Они присутствуют практически на всех платформах — в Telegram, YouTube, TikTok, Instagram. Везде выходят стримы, короткие видео, пояснительные тексты. В эти дни, например, совет татар направил в Парламентскую ассамблею Совета Европы (ПАСЕ) разъяснительное письмо о предоставлении мест национальным меньшинствам, а также обращение о сохранении татарской школы в Москве.

Азатлык спросил у Руслана Айсина о том, как был создан совет татар, какие цели ставятся на ближайшее и отдалённое будущее, о возможном вступлении в противоречие с другими татарскими организациями в эмиграции, о вероятности давления на активистов.

— Руслан, кем был организован совет татар? Кто стоит за ним?

— Нас никто не подталкивает сзади, никто ничего не шепчет на ухо. Если думаете, что организованы по чьему-то указанию — ошибаетесь. За советом татар стоят люди с активной позицией, неравнодушные к татарским вопросам. Моя позиция давно известна, я её не скрываю, говорю. Среди тех, кто меня слушал, смотрел, есть люди разных национальностей, но среди татар были писавшие: нужно организоваться, давайте объединяться. Я увидел, что есть желающие создать какую-то новую организацию и работать по-новому. И самое интересное — увидел, что много образованных, активных людей.

Собралась инициативная группа, все — татары. Они живут в разных государствах: страны Европы, Австралия, Канада, Турция, Сирия. Пообщались, обсудили цели. Договорились, что организация нужна, зарегистрируем её. Решили, что будет зарегистрирована в Европе — так удобнее. Во время общения пришли к мысли отметить День памяти, провести научную онлайн-конференцию. Подготовились, распределили выступления, определили темы. Это — наше первое большое дело и, по-моему, успешное. Во-первых, мы смогли собрать учёных, живущих в разных странах, во-вторых, на этом собрании прозвучали интересные и важные мысли. Да, возможно, многие не смогли посмотреть, предварительное оповещение могло быть слабым. Но можно посмотреть в записи. В то время, когда в Казани нельзя выходить в День памяти, когда пытаются его заставить забыть, татары за границей сказали своё слово.

Второе большое мероприятие — учредительное собрание нашей организации. В нём участвовали около пятнадцати человек. Это татары, работающие в разных сферах. В первую очередь мы обсудили стратегию. Наши основные направления деятельности такие: наука, образование, политика, медиа, религия, экология, права человека.

Защита прав татар важна. Сегодня на международной площадке не осталось ни одной организации, которая могла бы выступить в защиту татар, защищать их интересы и оказывать реальную помощь. Организаций много, но большинство боится политики как огня. Я их не критикую, но посмотрите — мир изменился, как раньше просто собираться на Сабантуях и радоваться, будто ничего не происходит, уже неуместно. Кто-то должен говорить, объяснять. В Татарстане татарские институты разрушены, не осталось силы, способной защищать язык, культуру или религию. Гражданские институты закрыты, личности либо изгнаны, либо им закрыли рот. Даже чтобы защитить языковой вопрос, всё делается только с разрешения и под контролем. Даже простое письмо написать некому. Это — первое.

Во-вторых, татары тоже переживают хиджру (переселение), за последние три года многие соотечественники из-за давления, страха, активной позиции были вынуждены покинуть страну. Уехали, ищут новое место, стараются жить, но нет организаций, которые могли бы стать опорой. Человеку важно где-то официально закрепиться, легализоваться, ему в этот период нужна помощь государства, но для этого нужно пройти много бюрократических препятствий. У русских есть сотни таких организаций. Даже другие меньшинства, например чеченцы, крымские татары, активно работают. А у татар такой организации нет. Поэтому мы считаем, что совет татар должен стать опорой для татар в эмиграции, хотя бы помогать с оформлением официальных документов. Поэтому мы зарегистрируемся в Европе и будем стараться работать как организация, вызывающая доверие. — Вы сказали инициативная группа, сказали, что на учредительном собрании было около пятнадцати человек. Эти люди все живут за границей и как определяется участие?

— Не нужно думать, что в совете татар числится определённое количество людей и каждый из них закреплён за своим направлением и работает только там. Мы не застывшая, не закрытая организация. Если кто-то хочет присоединиться — добро пожаловать! На онлайн-встречах будем рассматривать кандидатов. Человек может даже не становиться членом, но может сотрудничать. У нас нет председателя, есть сопредседательство, есть спикеры, определены пять-шесть человек, которые могут давать комментарии в медиа. YouTube-канал начал активно работать, организуем стримы. Договорились проводить онлайн-собрание раз в месяц. В следующем году хотим организовать один офлайн-съезд в Европе.

— Руслан, новая организация будет бороться за татар в эмиграции? Как вы видите работу с татарами внутри страны?

— Мы открытая организация. Но мы не хотим подвергать опасности тех, кто живёт в Идель-Уральском регионе. Уверен, что у нас много сторонников, но в нынешнем политическом режиме они не могут открыто участвовать в нашей деятельности и поддерживать нас. Нет такой возможности. Совет татар — не только институт татар в эмиграции, мы хотим объединить всех. Стоит цель восстановления суверенитета Татарстана. Как минимум, мы будем постоянно поднимать эту тему и не дадим её похоронить. В России это опасная тема. Каждый активный человек в Татарстане и России находится под наблюдением, за мнение человека могут гноить в тюрьме, то, что они не могут сказать — будем озвучивать мы.

— Тех, кто говорит об антиколониальной политике и разоблачает Россию в этом контексте, очень быстро маргинализируют. Мы это хорошо знаем на примере Татарского общественного центра. Сначала его представили как странную организацию стариков, затем вообще объявили террористической и экстремистской. Есть ли страх, что вашу организацию и людей вокруг неё тоже объявят террористами?

— Мы всё понимаем и знаем, но не боимся. Люди в нашем составе знают реальность. Кроме того, в совет татар входят уважаемые личности, образованные люди в своих сферах, поэтому маргинализировать нас будет сложно. Ярлыки, конечно, будут навешивать. Но нам нужна серьёзная платформа для концептуальной работы. Одними лозунгами далеко не уйдёшь, нужно написать татарскую стратегию и работать по ней. Мы выходим на связь с деколониальными организациями, думаю, будем сотрудничать. В последние три года голос татар как-то ослаб, а мы всегда были носителями передовой мысли и должны оставаться ими. У татар есть собственная позиция, и мы должны её озвучивать. Нас много — учёные, деятели искусства, журналисты, они хотят участвовать, но площадки не было. Если сможем всех собрать, будем серьёзной силой. Назвать нас маргиналами будет очень трудно. Русские либералы сами маргинальны, за ними нет народа, а мы считаем, что можем повести за собой. Тема государственности и суверенитета способна объединить многих.

— Есть группа, называющая себя «Правительство независимого Татарстана в изгнании». Чем совет татар отличается от неё?

— Мы на связи, между нами нет конфликта, споров или мятежа. Наша деятельность не пересекается. Правительство — это исполнительный орган. А совет татар — прежде всего представительный институт, объединение татар из разных сфер. И он не занимается только проблемой Татарстана. Правительство в изгнании не может быть представительным органом всех татар. Поэтому противоречия нет.

— А по поводу названия — это намёк на Милли шура? Не создаст ли путаницу?

— Такой вопрос поднимался. Говорили, что будут путать с Милли шура. Но слово «шура» не принадлежит только Конгрессу татар. Кто хочет — тот использует. Мы считаем это хорошим названием. Рассматривались разные варианты, но слово «шура» лучше всего отражает нашу деятельность. Разумный человек отличит Милли шура от совета татар. Мы не делали намёка и не ставили цель мешать кому-то. Я сам раньше работал в Конгрессе татар и знаю людей там. Но в нынешнем политическом режиме их руки связаны, они не могут работать эффективно.

— Самое важное в организации — человеческий ресурс и деньги. Как решается этот вопрос?

— Есть люди, готовые работать бесплатно, их много, и это радует. Они искренни и предлагают помощь. Кто-то не может работать бесплатно — мы это понимаем. Каждый делает то, что может: кто-то пишет письма, переводит, монтирует, кто-то даёт деньги. В дальнейшем хотим создать фонд, возможно, будут взносы, может быть, будем работать на основе краудфандинга, уверен, найдутся и спонсоры. Но мы начали работать, не дожидаясь их. Возможно, кому-то будет интересно финансировать конкретные проекты. Татарин действует взвешенно, долго думает, наблюдает, а потом принимает решение. Есть и те, кто работает ради довольства Аллаха и ради нации.

— В последнее время активно обсуждается вопрос представительства в ПАСЕ. Российская либеральная оппозиция резко критикует выделение мест национальным меньшинствам. Что вы думаете?

— Мы направили письмо в ПАСЕ. Споры вокруг квот продолжаются, и мы выразили свою позицию. После исключения России из ПАСЕ освободились места. Их хотят передать демократическим силам России, оппозиции. Русские либералы хотят занять их сами и говорить от имени всей России и её народов. Но поднялся справедливый голос протеста. Представители национальных меньшинств выразили недовольство, и в итоге ПАСЕ согласилась выделить часть мест представителям порабощённых народов и малых народов России, в том числе татарам. Людям вроде Ходорковского это, конечно, не нравится. Русские либералы считают, что только они имеют право определять будущее России. Но есть и коренные народы — татары, башкиры, чеченцы, якуты.

В нашем письме мы поддержали площадку, выделенную национальным меньшинствам, и отметили, что российские либералы не учитывают интересы всех народов. Как татарская организация и представители татар, рассеянных по миру, мы выразили надежду, что квоты будут распределены справедливо. Ответа пока нет. Мы намерены продолжать поднимать этот вопрос через разные инстанции.

20.10.2025 https://www.azatliq.org/a/33564169.html